
Все это под тревожную, нечеловеческую музыку Покко ди Корцио. Никогда еще не слышал Пилот, чтобы творчество страшного ди Корцио врачевало.
- Стоп! - закричал вдруг Мэллар, на полуслове оборвав презентацию. - Мне надоело! Мне надоело попусту тратить собственную энергию, когда меня не слушают. Это просто даже и неприлично - так откровенно не слушать, как это делаете вы. Вы что, не понимаете: они умирают! Все. Эти, Люди. Умирают. Благодаря вам. А вы даже не слушаете… Я устал.
Совсем не похоже было, чтобы Мэллар устал. Глаза его горели еще ярче, резали еще жестче, чем в момент встречи.
Пилот вспомнил, что заражен - и почему-то не обозлился. И даже огорчился не так чтобы чересчур. Но спустить это он Мэллару никак не мог.
- Так все-таки зачем ты это сделал?
Мэллар почему-то захохотал. И осекся, и опять захохотал, и снова осекся - так делают иногда совсем уже дряхлые старики после второго или третьего омоложения. И головой закачал из стороны в сторону.
- А ты не понял? Совсем ничего не понял?
- Нет.
- Теперь ты такой же, как и мы, - раздался вдруг хриплый натужный голос с одной из постелей. - И теперь тебе нужно то же, что и нам. Только не так срочно. А это очень большая разница.
Пилот резко обернулся на голос (отметив про себя, что от этого движения немного закружилась голова) и наткнулся на горячечный, насмешливый взгляд. В отличие от большинства больных, этот был укрыт простыней до подбородка, никто по нему не ползал, да и серверы его особым вниманием не баловали. Длинное, темное лицо было похоже на ритуальную деревянную маску, сработанную аборигенами системы Иегу, тех, что с косичками.
